О чем эта книга?
В этой книге говорится о том, как пять-семь тысячелетий классовой эпохи разрушали божественный облик женщины, дарящей жизнь.
Содержание
ОТСТУПЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Классовое общество сменило миллионнолетнюю доклассовую эпоху и изменило общественный статус женщины. Это произошло не только потому, что было признано участие мужчины в деторождении,— стали другими социально-экономические условия, позволившие отделившимся от родового коллектива семейным ячейкам самостоятельно производить и распределять произведенные продукты.
Классовое общество, в самой ранней форме возникшее в Северной Африке, в долине Нила, было рабовладельческим. Наряду с двумя антагонистическими классами, рабовладельцами и рабами, существовала масса свободных общинников, которые не были порабощены, но способствовали порабощению других.
И в рабовладельческой среде, и в среде свободных высокая общественная значимость женщины еще сохраняется. Об этом говорят многочисленные письменные свидетельства, легенды, в также фрески Древнего Египта, Древней Греции, Древнего Рима и античных царств Передней Азии.
Между античной Европой, североафриканскими и переднеазиатскими очагами цивилизации существовали тесные культурные контакты. Во всех этих регионах за женщиной признавалось право ответственности за воспитание детей и право на определенное участие в общественной жизни. Затворничество, как обязательный элемент ясенского этикета, придет позже, с разрушением античности.
Районы античной культуры, примыкавшие к Средиземноморью, были основой всей последующей цивилизации Европы. Однако Средиземноморье было лишь частью тогдашнего цивилизованного мира — эпохи последних веков до нашей эры. Далеко на востоке, где встает солнце, тоже были царства, создавшие свою античную культуру.
Сначала А Хоу увидел вьющиеся темно-каштановые волосы. Потом передел взгляд на лицо и удивился голубым глазам. Он хотел что-то сказать, открыл было рот, но застонал и смежил веки. Женщина положила голову раненого на подушку. Рабы подняли паланкин и зашагали но дороге. И опять женщина, которая когда-то была самой привлекательной девушкой знатного дяньского рода Горный Ручей, пошла рядом с носилками.
Она и сейчас очень красива. В девичестве от подруг ее отличали не только голубой цвет глаз, но необычайно светлая кожа. Смех ее всегда был добрым, а улыбка таинственной, заманчивой. К сейчас голубоглазая женщина, которую звали Талла, или Вечерняя Тишина, сохранила девичью красоту.
А Хоу опять очнулся, но не открывал глаз, пытаясь понять, где и когда он видел такие темно-каштановые волосы, такое светлое лицо и такие прозрачно-голубые глаза? Он был уверен, что уже видел идущую рядом женщину.' Память художника не могла подвести.
А Хоу открыл глаза и попытался отодвинуть занавеску паланкина. Боль пронзительно свела пальцы и заставила застонать. Талла тревожно откинула занавеску и посмотрела внутрь. А Хоу вновь увидел удивительные голубые глаза, попытался спросить: «Кто ты?»— но получилось странное клокотание. В отчаянии он стиснул зубы и закрыл гл&за. Женщина склонилась над ним и радостно улыбнулась — он спал.
