О чем эта книга?
В этой книге говорится о том, как пять-семь тысячелетий классовой эпохи разрушали божественный облик женщины, дарящей жизнь.
В этой книге говорится о том, как пять-семь тысячелетий классовой эпохи разрушали божественный облик женщины, дарящей жизнь.
и поднять восстание против временного правительства Французской республики.
Так не раз бывало в истории, что в критической ситуации мелкая буржуазия являет собой прочную опору самых шовинистических, антипролетарских идей крупной буржуазии. Прогремел набат франко-прусской войны, и обе революционные партии Парижа — бланкисты и прудонисты оказались в омуте шовинистического угара.
Пагубность продолжения войны понимали великие создатели Первого Интернационала Маркс и Энгельс, но этого не сознавали считавшие себя членами Интернационала парижские деятели вроде Варлена. Став после провозглашения республики командиром 193-го батальона Национальной гвардии, он 11 октября 1870 года призывал продолжать войну до изгнания врага с территории Франции.
Трудно было разобраться в такой ситуации молодоженам Малори, ио время торопило. Во второй половине сентября в Лион прибыли бакунинцы. Анри пропадал днями, ни о чем не извещая Мари. Он не был дома ни 27, ни 28, ни 29 сентября, а до предместья докатились слухи, что 28 сентября в Лионе какие-то анархисты подняли стрельбу, бросали гранаты, пытались овладеть ратушей. Вскоре пришло и более подробное известие — восставшие, а среди них ткачи и другие рабочие, были брошены своими вождями, когда появились отряды национальных гвардейцев и открыли огонь из ружей и пушек, Имеются убитые и раненые.
Мари и родителей Анри напугала последняя фраза. А если среди них Анри? Мари была уверена, что бакунинцы подняли восстание и с ними должен быть Анри.
Поздно ночью 30 сентября со двора в дом проник Анри. Левая рука у него была забинтована, на правой щеке глубокий шрам, как от удара сабли. И в первый раз в своей французской жизни Мари расплакалась.
Три дня подготовки того, что история назовет анархистским путчем, и сам путч принесли Анри глубокое разочарование в справедливости и правоте дела Бакунина. Эмиссары Бакунина не понимали ситуации, не хотели объяснять свои действия, требовали безоговорочного повиновения, а в решительный момент бросили повстанцев и исчезли из Лиона.
— Ты оказалась права, Мари, оценивая Бакунина и его «Альянс», хотя моложе меня и менее опытна,— сказал Анри. — Давай уедем в Париж. Там скоро начнутся главные события, прусская армия окружает столицу. Будем вместе со всеми нашими на баррикадах.
Французская республика вела безнадежную войну с Пруссией, Войну., которая истощала силы революци-
онных масс и которую нужно было кончать немедленно, даже заключив неблагоприятный для Франции мир. Подобные директивы Маркса и Энгельса доходили до парижских деятелей Интернационала, но они или игнорировали их, или считали «слишком прусскими» .
Прусские войска одерживали победы и рассчитывали уже зимой вступить в Париж. В последних числах января 1871 года враги готовились к решительному штурму, а республиканское правительство обсуждало возможность прорыва осадного кольца. Если в начале военных действий крупная буржуазия стояла за продолжение войны любой ценой, то сейчас она настаивала на любом мире.
Что же произошло? События обнажили неспособность Временного правительства управлять страной, трудящиеся массы требовали перемен, призывали создать коммуну и активно включались в деятельность Национальной гвардии. Над буржуа и скрытыми монархистами нависла угроза потери всех привилегий. Выход был один: либо подавить революционную волну войной, либо таким миром, который бы стал тягостным для трудящихся и в случае их возмущения развязал бы руки буржуазному правительству для подавления любых выступлений силой. Ведь советовал же Бисмарк французскому буржуа: «Спровоцируйте-ка мятеж, пока у вас есть еще армия для его подавления».